25.10.36 — заключен договор Оси «Рим-Берлин»

После занятия германскими войсками Рейнской зоны в 1936 году главной задачей внешней политики Германии стало расширение дипломатическими средствами свободы действия и поиск союзников. С точки зрения Гитлера, наилучшим союзником была Великобритания, поскольку она могла парализовать действия Франции и ее союзников. Назначенный в апреле 1936 года послом в Лондон И. Риббентроп получил задание всеми силами добиваться заключения англо-германского союза. Впрочем, сам Гитлер не питал особых иллюзий о возможности разрыва союзнических отношений между Англией и Францией. Его внимание привлекали Италия и Япония, поскольку вместе с Германией, эти морские державы могли бы установить блокаду Британии на Средиземном море, в Атлан­тическом и Тихом океанах. К подобному выводу пришел и глава правительства Италии Б. Муссолини. «Абис­синская авантюра», хотя и закончилась победой, показала военную слабость Италии, и ее неспособность самостоятельно утвердится в Северной Африке и на Средиземном море. Но это казалось возможным в союзе с Германией, которая неизбежно должна была вступить в конфликт с западными державами. Как Гитлер, так и Муссолини рассматривали территориальную экспансию как «биологическую» необходи­мость для расцвета нации.

С лета 1936 года началось итало-германское сближение. Символичным в этом смысле явилось назначение зятя дуче Г. Чиано, убежденного сторонника союза с Германией, министром иностранных дел. Сближение обеих стран резко ускорили два события: образование во Франции правительства Народного фронта во главе с социалистом Л. Блюмом и вспыхнувшая в июле 1936 года Гражданская война в Испании. Италия, стремясь усилить свое влияние в Западном Среди­земноморье, сразу встала на сторону генерала Ф. Франко. Для Германии немаловажное значение имели испанская хромовая руда, необходимая для производства брони, а также богатые месторождения вольфрама. К тому же вмеша­тельство в испанскую гражданскую войну давало отличную возможность опробовать в боевых условиях немецкую военную технику, особенно авиацию.

Но Гитлер мыслил иными категориями. Ему мерещилась ужасная картина окружения Германии еврейско-марксистскими силами, воплощенными в российском большевизме и пра­вительствах Народного фронта в Испании и Франции. Однако поддержать Франко Гитлер намеревался только в союзе с ду­че, поскольку их совместная акция прочно привязала бы Рим к Берлину.

Обложка итальянского журнала «Illustrazione del popolo». Подпись гласит: «Ось Рим - Берлин» является мощным рычагом баланса, мира и упорядочения жизни в Европе».

Обложка итальянского журнала «Illustrazione del popolo». Подпись гласит: «Ось Рим — Берлин» является мощным рычагом баланса, мира и упорядочения жизни в Европе».

23 октября 1936 года Чиано встретился с Гитлером, который заявил о необходимости заключить прочный союз и попытаться привлечь к нему другие страны под лозунгом борьбы против большевизма. Стороны договорились о том, что итальянской сферой интересов является Средиземноморье, немецкой – Балтика, и восток Европы. 25 октября 1936 года в Берлине состоялось подписание военно-политического соглашения, состоявшего из пяти пунктов. По этому соглашению Германия признавала захват Эфиопии (Абиссинии) Италией; Германии и Италия устанавливали общую линию поведения в Комитете по невмешательству в испанские дела, созданного в Лиге Наций; подтверждали своё признание правительства Франко в Испании — и намечали мероприятия по оказанию ему дальнейшей военной помощи; Германия и Италия договорились о разграничении сфер экономического проникновения на Балканах и в придунайских государствах.

Бенито Муссолини и Адольф Гитлер.

Бенито Муссолини  и Адольф Гитлер.

В миланской речи уже 1 ноября 1936 года Муссолини впервые  употребил  выражение «Ось Берлин — Рим». Оформление «Оси Берлин — Рим» положило начало официальному закреплению складывавшегося блока фашистских агрессоров. Продолжением соглашения явился подписанный 25 ноября 1936 Германией и Японией «Антикоминтерновский пакт», к которому 6 ноября 1937 присоединилась Италия.  Отсутствие реакции Англии, Франции и США на формирующийся блок, объясняется стремлением их направить фашистскую агрессию против СССР. Однако западные стратеги просчитались и сами попали под первый удар агрессоров.